perfume-bottle-azzedine

МОЙ АРОМАТ

«Для создания аромата необходимо довериться женщине,
предвидеть её желания и увести её за собой,
пока она не успела оглянуться.

В эту самую минуту мой секрет
мне уже не принадлежИт… Для моего аромата не существует границ,
он вне времени.

Я мечтал о нем, как археолог мечтает об античных скульптурах,
погребенных тысячелетиями в морских недрах,
безупречность тел которых может сравниться только
с совершенством современных женщин.
Идеальная красота вечна.

Мой аромат берет свое начало издалека, это – аромат-первоисточник.

Он отсылает не к какой-то конкретной эпохе,
а к чувствам, актуальным во все времена. Он родился не в какой-то определенной стране,
он воплощает все страны. Он не символизирует определенное время года,
в нем – все времена года.

Мой аромат появился из моего личного ощущения времени и пространства,
которое я сам не могу определить или назвать.
Его выражают только чувства, раскрывшиеся при его создании.

Мой аромат вне времени
и всегда актуален.

Это одновременно аромат дня и ночи,
мой аромат – сложная архитектурная композиция моих
самых парадоксальных ощущений от
Самых прекрасных встреч моей жизни».

АЗЗЕДИН АЛАЙЯ

flacon-perfume

ИСТИННАЯ КРАСОТА

За последние несколько десятилетий, на пороге 20 и 21 века
Аззедин Алайя прочно занял свое место в мире моды, завоевав репутацию выдающегося дизайнера.
Но как можно понять и проникнуть в его Вселенную, как установить связь с его гением,
не услышав признания Шарля Бодлера, которое многое объясняет?

«Я – красива и я приказываю,
Чтобы ради меня вы любили только Прекрасное».

В свое время французский поэт превозносил и прославлял женщин.
Для Алайя красота – это само совершенство, именно такой он показывает нам
современную женщину. Его НЕ ВЫХОДЯЩАЯ ИЗ МОДЫ, КЛАССИЧЕСКАЯ
И В ТО ЖЕ ВРЕМЯ ДЕРЗКАЯ линия одежды безупречнОГО кроЯ завораживает с первого взгляда:
облегающие и порхающие платья, структурированные пиджаки,
ажурные корсеты, в которых кутюрье выражается с мастерской виртуозностью,
играя молниями, кожей, петлями, кисеей и их поразительными контрастами,
для архитектурно точного и чувственно утонченного результата.
Подчеркивая бюст, талию и бедра, Алайя моделирует женское тело,
усиливая его великолепие подобно античной скульптуре: акцентируя чувственность изгибов,
раскрывая господство форм, придавая женщине статус
богини нового времени.

его стиль совершенной красоты стал неотъемлемой частью нашего времени:
у всех в памяти остались изображения топ-моделей, которых открыл дизайнер. Кто не помнит Наоми Кэмпбелл,
Стефани Сеймур, Линду Евангелисту, Веронику Уэбб, Линду Спирингс, Фариду Хельма
или Иман, позирующих рядом со своим создателем, лукавым волшебником,
одетым в черное и удобно расположившимся рядом с ними.
Для них дизайнер стал наставником и гуру, который относится к моделям с уважением и признанием,
восхищением и благодарностью. Благодаря топ-моделям можно проникнуть
в мир Женщины Алая: она активная, модная, женственная, лучезарная, уверенная в себе,
она относится к своему телу и стилю как к главному оружию.

И сегодня, когда его восхваляют все, в том числе и его коллеги
(редкий случай в мире моды), когда рынки fashion индустрии всех стран перед ним распахнуты,
АлайЯ остается по-прежнему скромным, таинственным, почти недосягаемым.
Секреты его успеха скрываются в необычайной и в высшей степени нетипичной профессиональной карьере.
Алайя никогда не соблюдал ни рамки, ни ритмы, ни каноны
мира моды: это путь одиночки, без всяких компромиссов.
И начинается этот путь с особых отношений со временем.

«Некоторые говорят, что я не дружу со временем.
Я могу начать работать над платьем или жакетом в один год
и осознать, что я их закончу через десять лет,
вне зависимости от сезона».

Алайя нетипичен и в своем стиле построения деловых отношений.
В выбранном им за городской ратушей помещении – на территории
Огромного, построенного в 19 веке склада – он работает,
днем и ночью, как одержимый ремесленник.

«Больше всего в процессе создания одежды меня интересует крой.
В Высшей школе изящных искусств на курсе по скульптуре нас учили ходить
вокруг модели. Нужно всегда ходить вокруг модели».

С наперстком, булавками и линейками он оттачивает крой,
кружа вокруг своей модели в акте торжественного богослужения Прекрасному. Уже много лет
это рабочее пространство со стеклянным куполом является местом проведения модных дефиле,
а также сочетает в себе одновременно ателье, частный дом, бутик, гостиницу и даже художественную галерею.
Именно здесь его окружают ассистенты, коллеги, друзья,
сотрудники и клиенты. В радостном смешении людей всех возрастов и культур,
как в настоящей вавилонской башне, работает в полную силу
странное учреждение, выстроенное по самой демократичной модели по
принципу неприкосновенности и превосходства.

Тем не менее, невозможно понять глубинную суть этого исключительного рабочего пространства,
не осознав важности его центрального помещения, – кухни –
настоящего сердца этого сообщества. Здесь на первом этаже дома-мастерской
вокруг «господина Алайя» ежедневно собирается на обеденный ритуал
за прямоугольным стеклянным столом, окруженным белыми стульями от Малле-Стивенс,
вся его команда.
Располагаясь во главе стола, Аззедин Алайя усаживает почетного гостя справа от себя,
представляет ему каждого из присутствующих за столом и их обязанности.
Обеды длятся недолго, и все быстро возвращаются к работе.

Что же касается вечерних ужинов, это – совершенно другая история, поскольку Алайя
далек от образа всемогущего творца, заточенного в башне в неприступном уединении.
Он – человек контактов и связей. Больше всего на свете он восхищается
современными талантами – писателями, художниками, дизайнерами,
музыкантами, танцорами, постановщиками, преподавателями университетов и учеными.
Общаясь с ними, он заряжается их энергией,
погружается в их мир и черпает в них свое вдохновение.

Так кухня Аззедина Алайя постепенно превращается
в традиционный французский «салон»,
место незабываемых встреч в самом сердце французской столицы.

Вернуться наверх